03/01/2025
— Алеша, сынок, позови папку, скажи, что маме помочь надо, — попросила Валентина сына-подростка.
— А его нет, — сын подошёл к матери, — давай, я помогу.
— Где его опять носит? — вздохнула Валя. — Ну, помоги. Полку хочу перевесить.
— Мам, ну ты что?! Я сам могу! — Лешка сбегал за инструментами. Вдвоем они повесили полку, потом сын подтянул петли в шкафчиках.
— Помощник растет, — погладила его по голове Валя. Лёшка засмущался, дернул головой.
— Ну мам!
Семья Валентины жила в поселке городского типа. Муж Гена работал трактористом в совхозе. Валя — на почте. Сын Лёшка учился в девятом классе. Младший Шурка только пошел в школу. Жили, не то чтобы хорошо, но и не сказать, что плохо.
Генка выпивал. Ну куда же без этого? Все его шабашки оплачивались односельчанами неизменными поллитровками.
— Да сколько можно? — ругала его Валентина. — Ты можешь деньгами брать? Никакого толку от твоих шабашек семье. Шурке, вон, ботинки новые надо! Ноги как ласты уже. В кого такой большеногий?
— Валюха, не ругайся! Я и выпил-то чуть-чуть, — Генка вернулся с очередной подработки.
— Сегодня чуть-чуть, вчера чуть-чуть! Надоело на твою рожу пьяную смотреть! Какой пример сыновьям?!
— Ну ладно, ладно, не ругайся, — Генка прижал жену к стене, — дай, лучше, обниму.
— Да уйди ты, — оттолкнула его Валентина, — как помочь, так нет тебя, как пообниматься, так тут как тут.
— Эх, женщина, — махнул рукой, — не ценишь ты того, что есть.
Генка обиженно ушел в комнату, но вспомнил, как строила ему глазки продавщица в сельпо. На душе потеплело.
«Надо заглянуть как-нибудь к ней», — пронеслась шальная мысль в голове, — «хороша девка, кровь с молоком, не то что моя. Посмотреть уже не на что».
Это правда, похудела Валентина за пятнадцать лет брака. Всё хозяйство на ней, дети на ней. Работа, опять же. Деньги всегда нужны — пацаны растут как на дрожжах. Зарплату, правда, Генка отдавал жене, ну во всяком случае так считала она. А вот шабашки были головной болью Валентины. Но какой-никакой, а мужик в доме есть. У других вон — и такого не было. Да и привыкла уже к нему.
А Генке тепла хочется. А где его взять, когда жена как чужая?! К вечеру, словно зомби — до кровати бы дойти и упасть.
— День добрый, — Геннадий, все же, решился нанести визит в сельпо.
— Здрасьте! — кокетливо состроила глазки Люсьена, продавщица магазина, сорока лет, незамужняя. Таких старыми девами зовут. Не везло Люсьене с мужиками. Хороших разобрали давно, а плохих... За плохих тоже бабы держатся, хоть и хают между собой. — Чего это вы, посередь бела дня по магазинам ходите? Не работаете?
— Ты мне, это, Люсьена, бутылку воды, что ли, дай, — растерялся Гена. В горле у него пересохло. Одно дело в уме мечтать о чужой женщине, другое — вживую на контакт пойти.
©Стелла Кьярри
— Так дам, отчего ж не дать? — двусмысленно улыбнулась она и полезла за водой на стеллаж. Потянулась кверху, халат оголил ноги чуть выше колен. — Может, чего еще желаете?
— Конфет коробку, самых лучших, — сглотнул Гена, не отводя взгляд от ног Люсьены.
Она прихватила коробку дорогих конфет, воду и проворно спрыгнула с табуретки.
— Пожалуйста! — навалилась на прилавок, так что ворот халата разошелся, и Гена забыл, зачем пришел. — С вас полторы тыщи.
Гена протянул две.
— Ой, у меня сдачи нет такой, — замахала руками продавщица.
— Не надо сдачи, — голос от волнения у Гены охрип, — а это вам!
Он пододвинул ей коробку с конфетами, схватил воду и выскочил из магазина. Люсьена только глазами хлопнула, а покупателя-то уж и нет.
— Вот это мужчина! — восхитилась она, и, подперев щеку, задумчиво стала есть конфеты одну за одной. Что Гена женат, знали все, и Люсьена в том числе.
«Ну и что, что женат», — рассуждала она, — «вон как пялился, словно сто лет женщны не видел. У хорошей жены муж косить глазами в чужой вырез не будет».
Решила она попытать счастья с чужим мужиком, раз больше нет никого на горизонте. Сходила в парикмахерскую, сделала прическу. Краситься стала ярче. И ждала удобного случая, чтобы продемонстрировать всю свою красоту и обаяние Геннадию. Случай не заставил себя ждать.
Гена никак не мог забыть аппетитные формы продавщицы и решил сделать первый шаг.
— Куда это ты вырядился? — Валентина удивилась, увидев побритого, причесанного, приодетого мужа. — Как будто к любовнице, — засмеялась она. У ней и в мыслях не было, как она близка к правде.
— Чего болтаешь-то? — разозлился Гена и покраснел. Жена как будто мысли читает. Он хотел уже передумать идти в магазин, но, посмотрев на худенькую Валю, вспомнил зазывающие взгляды продавщицы. Эх, была не была!
— Фотографироваться я пошел. Вдруг на доску почета повесить захотят, а у меня ни одной нормальной фотографии нет.
— А откуда им у тебя быть? — фыркнула жена. — Ты ж только пьяный ко всем в кадр лезешь, портишь общий вид.
— Ну вот, видишь, сама говоришь, что нет снимка хорошего. Всё, пошел я. Не задерживай меня.
Он и правда, зашёл в фотоателье, сделал портрет. А потом отправился прямиком в магазин.
— Ох, Геннадий, — встретила его восторженным взглядом Люсьена, — вы сегодня выглядите как голливудская звезда!
Гена зарделся.
— Да ну, скажешь тоже, звезда. К фотографу я ходил. Для доски почета.
— Да такую фотографию можно и в модный журнал отправить, — заливалась соловьем продавщица.
Гена совсем растаял, размяк. Так бы слушал и слушал. А то дома только: «Пьяная рожа», да «Алкаш несчастный».
В этот момент в магазин зашла соседка Валентины и Гены.
— О, Генка, ты куда это вырядился? — тоже удивилась она.
— Куда, куда? На Кудыкину гору! Не твоё, Серафима, дело. Бери чего надо и иди давай, — огрызнулся он.
— Геннадий, вы подождите, я отпущу гражданку, а потом взвешу вам всё, — Люсьена пришла на выручку, незадачливому ухажеру.
Серафима разглядывала Генку, пока ей взвешивали колбасу, сыр и масло.
— Чисто жених! — хихикнула она. Потом посмотрела внимательно на продавщицу и покачала головой. — Ой, Люська, с огнем играешь!
— Чего придумала, Серафима? — вспыхнула Люсьена. — Работаю я! Всё взяла? Вот и иди давай, не мешай.
©Стелла Кьярри
Серафима вышла из магазина, качая головой.
— Вот зараза, всё настроение испортила! — вздохнула Люська. Потом взглянула на Генку. Тот тоже был весьма раздосадован. Лишние глаза и языки были ему совсем ни к чему. Люсьена это поняла.
— Может, зайдете ко мне вечерком? У меня есть замечательная настойка. Всё хочу попробовать, да компании нет подходящей, — перегнувшись через прилавок, предложила она.
У Генки аж ноги подкосились. Это же сколько радостей его ожидало вечером, если он придумает, как уйти из дома...……….продолжение читайте в первом комментарии👇👇👇
